ФЭНДОМ


Условия в отношениях были у всех. У каждого свои, но не важно...

Кто-то нарушал их, словно Дум , раз за разом пытающийся подкатить к Алис , хотя ему не раз было говорено, что при следующей попытке он очнется в травматологии. Но отчего-то кот каждый раз отделывался парой синяков и легким гудением в голове от прилетевшей по ней скалки.

Кто-то свято следовал им, как Хатори , поклявшийся делать все так, чтобы Рону было хорошо. В свою очередь в тайне от демона рыжий твердо решил не показывать ему, что иногда ему бывает хреново. Он и так чувствовал себя слишком обязанным зеленоглазому, а еще просить что-то у него... Об этом не должно было быть и речи. И Паранормал иногда просто безвольно подчинялся своему покровителю... Хотя даже подчинением это назвать было нельзя - они будто бы растворялись друг в друге, не в силах что-либо скрывать друг от друга.

Для кого-то они были негласными, будто у Алистера , все еще молчавшего рядом с Айрис . Фей просто знал, что если он заговорит, то обязательно все испортит своим черезчур острым языком. Уж лучше просто любоваться своей богиней издалека, чем вовсе потерять ее.

У кого-то от этих условий взрывался мозг, как у Морфа , которому выдвинули их сразу три стороны. Если Тео был и не против видеть князя , то последнего мучила совесть и он избегал встреч с ним любыми способами. Третьей стороной был Кайдар , отношения с которым у Эммануэля были весьма сложными, предполагали начилие волшебного бабкиного чая и вызывали дружное "што" с первой и второй сторон.

Кто-то просто смирялся с условиями, как Никуто , позволявший Ио вытворять с ним и его телом все, что ей заблагорассудится. Боялся ли, любил ли - эта позиция устраивала их обоих. Особенно когда после очередной попытки суицида грешника Ио , матерясь, восстанавливала Торайтенгену нормальный человеческий вид.

У Блу и Рэд условие было только одно - держать себя в руках на людях. Точнее, условие больше относилось к алой, которая тяжко вздыхала, когда не могла хотя бы касаться своего небесного двойника.

Джейн уже давно не было, а Хэйден и Кассий помнили все, будто вчера, и не приближались друг к другу на расстояние и ста метров. Слишком больно все помнить, слишком велико желание друг другу вмазать.

Условия отношений князя и Авиера напоминали объявление друг другу войны. Синеглазый театрально развернул перед А длинный свиток, написанный им собственноручно. Кареглазый выдохнул нечто "хуя себе" и углубился в чтение этого некоторого маразма, иногда доходившего до раздела комнаты и шахматной плиты. Дойдя где-то до половины, он плюнул и, нарушив правило номер один о неприкасаемости княжеской тушки, завалил матерящегося синеглазого на тахту, заткнув ему рот как в романтическом кино.

-

IMG 20150509 011610